Из воспоминаний моей бабушки

Да разве об этом расскажешь,
В какие ты годы жила,
Какая безмерная тяжесть
На женские плечи легла…
Сто раз прав поэт Михаил Исаковский, написавший эти слова о женщинах военного времени. Я хочу рассказать об одной из таких женщин.
Ольга Кузьмовна, сестра моего дедушки, переехала к нам жить, когда ей исполнилось 82 года. Прожила с нами 3 года, на 86 году жизни умерла.
За эти 3 года она часто вспоминала о том, как жила в военные годы их большая семья.
- Как началась война, почти все мужики из деревни ушли на фронт. Мы тогда жили в деревне Русский Кургат. Летом поутру рано нас будили, часов в пять. А вставать так не хотелось, но мама, бывало, как крикнет: «Сони, быстро вставать!» Мы с Зиной быстро вскочим, ещё и младших поднимем. Зинаида у нас была старшая, хотя ростом невысокая. Волосы светлые, вся в отца, - так обычно начинала рассказ тётя Оля. И, задумавшись, смотрела в окно, в котором видно было трактор, стоящий под воротами соседа
- Зина, позавтракав, убегала в мастерскую к дяде Семёну, инвалиду гражданской войны. Он занимался ремонтом сельхозинвентаря. Хороший был человек, душевный, - вспоминает тётя Оля. – Он предложил председателю отправить сильных и крепких девушек на курсы в МТС села Могильниково. Было решено отправить Аннушку, Полюшку, Клавдию, девицам было уже за 20 лет. Они как на подбор были высокие. И наша невеличка Зинаида тоже с ними напросилась, а ей-то было всего 17 годков. Проучились девушки в МТС 6 месяцев. Нашу Зину там наставники хвалили, говорили, что на лету всё схватывает, – горделиво говорит тётя Оля.
- Весной 1942 года уже начинали пахать. Да разве много вспашешь плугом? – и, улыбнувшись, продолжает: - А в плуг-то бугаёв запрягали. Лиза, а ты знаешь, кто такой бугай? – спрашивает тётя Оля.
- Нет, – отвечаю я.
А тётушка с улыбкой продолжает:
- А бугай, милая моя, это – бык. Под ярмо им неохота было. Ох и наплакались деревенские, – и, хитро сощурившись, опять спрашивает, – А как ты, Лизаветка, думаешь, кто помогал взрослым на бугаев этих надевать хомуты?
- Не знаю, - отвечаю я.
- Помогала взрослым обычно я. Росту-то я была большого, и голос-то у меня был уверенный и сильный, это сейчас я сгорбилась, да ноги еле передвигаю. Вот однажды управились мы с бугаями, и одна из женщин вдруг как закричит:
- Ой, бабоньки, гляньте – трактор!
Все посмотрели в ту сторону, куда она показала. К деревне ехал трактор, а кто за рулём, не видно.
- Да это никак Зинка! – ахнули женщины.
Из четырёх девушек, которых отправили в МТС, курсы закончила только наша Зинаида, у остальных с техникой не получалось работать. Нашей деревне даже трактор дали, раз появилась трактористка. Вот и стало полегче. Зинаида пахала с утра до позднего вечера. Но трактор ещё надо было самой чинить. Не очень-то у неё получалось. Зинаиде всегда помогал дядя Семён. Самой нелегко было его чинить, нужна была мужская рука. Где колесо починить, где гайку подтянуть, где вовремя смазать. Вот так и справлялись до самой Победы. Все в деревне на плечах женщин держалось тогда.
Когда кончилась война, в деревню вернулись мужчины. Зинаида наша встретила хорошего парня. Вышла замуж и уехала в Первоуральск. Там и жила до самой смерти, – смахнув слезу, говорит тётя Оля.
- А чем в войну занималась ты, все время бугаёв запрягала? –спрашиваю я. Мне было интересно узнать ответ.
- Да нет, – задумавшись, отвечает тётя Оля. – Я сначала была помощницей телятницы Фёклы. Тяжёлая это работа. Настелить сухую подстилку, набросать сена, наносить воды. А вёдра-то большие были, мы их «чатухами» звали. Как наносишь воды, так руки-то и замлеют. В телятнике я только первую военную зиму проработала. А весной уже пасла овец. И был один случай удивительный. Наверно, в июле 1942 или 1943 года, точно и не помню. Как-то рано утром выгнали мы своё стадо овец. Бригадир нас предупредила: «К лесу не гоните, там видели волчью семью». Но мы с напарницей не послушали её и погнали стадо к лесу: трава там была немятая.
Овечки мирно паслись, и мы с Аннушкой (так звали мою напарницу) решили пообедать. Ничто не предвещало беды. Пообедав, мы решили набрать земляники. На небо набежали тучки, и овечки собрались в кучу. Почувствов, что-то неладное, я внимательно взглянула на лес, сначала ничего не заметила. А присмотревшись, увидела волка, который подкрался к овечке и был готов уже схватить её. Первое, что пришло в голову: «Успею, не успею». Недалеко от меня валялась большая суковатая палка. Схватив её, я бросилась к волку. Он, видимо, не ожидал этого и испуганно глянул на меня. А клыки-то какие страшилища. Секунды мне хватило добежать и с размаху ударить его по голове. Волк упал, видимо, оглушило его, а я принялась наносить удары палкой. Так и забила. Сама не знаю, как это у меня вышло.
Моя напарница с перепугу убежала в деревню за помощью. Когда пришли бригадир со сторожем, волк был уже мёртв. На следующий день было собрание, нас и поругали за то, что мы не послушались бригадира, и поблагодарили за то, что спасли овечку. А ещё нас наградили. Мне дали отрез ткани на платье. Я так была ему рада, хотя из него мама сшила рубашки младшим братьям, а младшенькой сестрёнке – платье.
Вот так и жили во время войны, Лиза. После войны мы переехали в Арти. Я пошла работать на пекарню. Вскоре вышла замуж. Проработала на пекарне лет 30, – заканчивает свой рассказ тётя Оля, и задумчиво улыбается. Я смотрю на ее морщинки, седые волосы, ее карие глаза, затуманенные воспоминаниями. Мне кажется, что она как наяву видит то, что было так давно.
Я видела у тёти Оли много грамот и медалей. Она даже в Москву ездила, её наградили за добросовестный труд. Не раз её премировали путёвками в санаторий на юг.
- Как часто мы, вступая в споры
И горячась наперебой,
Всё ищем, смотрим – где, который
Наш положительный герой? ...
М. Найдич.
А наши герои – вот они, обычные молодые девушки и женщины, заменившие мужчин, ушедших на войну.
Отцовский наказ
- Слушай, дед, а ты был на войне?
- Да и нет, -ответил мне дед.
- В тот памятный день,
Когда на колхозном дворе по радио
Левитан объявил о войне,
Я бегал босой по траве.
Это был словно гром
среди ясного неба.
И, оставив семью, уходили
Отец мой и дед на следующий день
на войну.
Уходя, мне отец дал наказ:
- Слушай мамку, сынок.
Ты будешь бойцом, только на фронте другом- тыловом.
Так и был тот наказ, как командира приказ.
Утром летним я быстро вставал,
Воду из реки Чекмаш набирал,
Корм телятам и курам давал.
Летом грядки полол, поливал
Осенью в поле, чем мог, помогал,
Зимою снег со двора убирал.
Вот так я, отцовский наказ выполнял
И Победу как мог приближал
Только на фронте другом-тыловом.

Елизавета Крючкова

© сайт «Арти-Онлайн.рф» (2019). Мнение администрации ресурса может не совпадать с отзывами и комментариями, оставленными посетителями, и с материалами других источников. Администрация портала не несет ответственности за комментарии, переписку и личные взгляды посетителей. Перепечатка материалов допускается только с письменного разрешения редакции. Редакция оставляет за собой право редактировать присланные на ее адрес материалы. Рукописи не возвращаются и не рецензируются. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. Редакция имеет право публиковать любые присланные на ее адрес произведения, обращения, письма, иллюстрационные материалы читателей. Пересылая тексты, фотографии и другие полиграфические материалы, отправитель тем самым дает свое согласие, а также подтверждает согласие изображенных на фото лиц на публичный показ, отображение и распространение присланных фотографий, графических изображений и текстов.

Please publish modules in offcanvas position.